Помню, класса с восьмого хотел стать моряком и, в конечном счете, стал им на 9 лет. Но чтобы стать телохранителем! Даже представить не мог.

Ты выбираешь работу или она тебя?

Даже если предположить, что от рождения до погоста все решено «на небесах», выбор есть. Каким человеком ты подойдёшь к своей черте — «личностью» или «тварью дрожащей»?! Ты можешь выбрать, как поступить и как выйти из предложенной ситуации.

Так вот, в начале 90-ых Балтийское морское пароходство разваливалось просто на глазах. В море было нереально выйти, все сидели на берегу и проклинали «горбатого», работы не было никакой. Нам выдавали талоны вместо денег. Вот времена были чумовые. Причем выдавали на продукты, сигареты и водку. Я говорю сотруднику, что мне не нужны талоны на водку и сигареты, замените на крупы или сахар. Но нет, так положено. Поэтому получаю талоны на водку и сигареты, иду их или менять, или продавать, чтобы купить еду и тут сотрудники МВД ловили таких как я и строго наказывали. И все при деле — одни создают трудности, другие выполняют план по поимке спекулянтов (это слово было в обиходе в мои времена, а сейчас, думаю, не каждый школьник ответит, что это такое).

Короче, чтобы не слететь с катушек и не спиться, я начал ходить в качалку – железом изматывал себя пять дней в неделю. И вот — случайность это или закономерность — на тренировке два охламона хвалились, как устроились в новую структуру безопасности в недавно образованном банке. Я это услышал, буквально проходя мимо. Даже не терзал себя сомнениями — идти или нет. Для уверенности своим двум товарищам тоже предложил. Работа сутки через трое. Зарплата в долларах и по тем временам очень приличная. Парни подумали и все дружно согласились.

Работа в море наносит свой отпечаток – отсутствуешь на берегу по 6-9 месяцев, потом месяц отдыхаешь и обратно — ты не всегда понимаешь, как правильно фильтровать ситуацию в социуме и говоришь так, как думаешь, а думаешь не всегда как надо. Короче, придя в банк втроем, мы подошли к охраннику и сказали, что нам нужен шеф по безопасности. Тот быстро вызвал своего начальника – генерала КГБ, недавно вышедшего в отставку. Напомню, нас было трое. Я — самого маленького размера и роста. Дело было в начале мая, мы были в рубашках с коротким рукавом. Нам казалось, что вид наш скромен и приличен. Как мы поняли потом, ситуацию истолковали неверно.

Вот как выглядело с их стороны — пришли три здоровых мужика (я 174/98, второй, Виталий Панибратов 184/100, третий соискатель, Михаил Дождиков 185/120 — все качки) в банк, стали требовать босса, у охранника в голове включилась тревожная кнопка, и он вызвал старшего смены и сразу шефа-генерала. Было начало лихих девяностых и нас приняли за «бандосов».

Когда разобрались что к чему, нас привели в кабинет к шефу, мы долго разговаривали. Потом пришел его заместитель и пригласил нас в спортзал с оговоркой, что если пройдем тренировку, то работа фактически наша. Назначили дату в Динамо на Крестовском острове. Я был холостяком, Виталий тоже, а вот самый крупный Михаил уже успел жениться. Супруга с гордостью нарядила его, как подобает для трудоустройства в банк. Правда, муж не сказал на какую должность претендует. Да какая разница. За такие деньжищи. В общем, мы приехали уже на Динамо в зал бокса. Святое место! Намоленное! Был месяц май, мы шли на тренировку. Я с Виталием в футболках и спортивных штанах, Михаил в лакированных туфлях, наглаженных брюках, новой рубашке с галстуком. Парень с обложки журнала – успешный банковский сотрудник.

Поднялись на второй этаж, зашли в зал бокса, где кипела работа и было умеренно шумно. Входная часть здесь выше на полметра. Такой своеобразный подиум с перилами для посадки зрителей, а сам зал чуть ниже. Ну и мы, так получилось, свысока, втроем, встали у всех на виду. И вот тут я сразу понял значение словосочетания «гробовая тишина». Тренировка тут же остановилась и в воздухе повисла пауза! Только поскрипывали цепи, на которых висели груши. Человек 25 наших будущих коллег молча смотрели на нас, а мы на них. Я понял, что сейчас будет не просто проверка. Как потом мне сказали ребята, все хором подумали об одном – пришло мясо! Это по их терминологии пришли качки, которых можно с удовольствием обрушить на пол, а перед этим оторваться по полной.

Поясню, что мы шли в зал с лёгким пониманием, что там будет бокс. Все правильно. Только там преподавали тайский бокс, и мы этого не могли знать. Шепотом я сказал своим: «Парни, мы ничего не умеем, боксом не занимались, мы полные лохи». Но они меня не услышали и на вопрос тренера, что мы умеем, я единственный сказал, что не умею ничего и никогда даже не дрался. А на вопрос, откуда такие мышцы, сказал, чтобы не обращали внимания — распух от недоедания. Мои же два друга решили, что это недостойно их габаритов и «растянули», на мой взгляд, красную тряпку перед стадом быков, сказав ключевую и неправильную фразу: «Мы, дескать, не только качки, но и ещё можем показать кое-что в ринге. Раньше занимались боксом». А Миша Дождиков еще прихвастнул, что имеет юношеский разряд по карате.

Успокаивало только одно — все парни были очень интеллигентного вида с руками пианистов и все больше походили на игроков в шахматы. То есть была надежда, что будет не больно…

Не буду описывать всю тренировку, она шла три часа. Я сразу потерял 3 кг и пот лился ручьем. Стало понятно, почему здесь все худые и поджарые. Мы уклонялись и уворачивались от ударов руками, ногами, локтями и коленями. Мне повезло больше всех — я был весь в гематомах и синяках. Почему повезло? Потому что был весь в синяках кроме лица. Виталий был в более «красивом» состоянии. Самым «симпатичным» был Миша Дождиков — сказалось его заявление, что он имеет разряд по карате. На нём и отразилась вся любовь боксеров к качкам!

Могу сказать, что 2 часа мощной ОФП и потом минут 40 битвы с перерывами на «отдышаться и сменить спарринг-партнера» нас на пол не уронило. Для нас приготовили 10 бойцов и с каждым по 3 минуты мы отработали. По окончанию тренировки нам сказали, что все в порядке и мы приняты. Можно подавать документы.

Счастливые мы поехали по домам. Наша с Виталием Панибратовым «симпатичность» проявилась на следующий день, когда все начало преобразовываться из синяков в опухоли и со сменой цвета этих гематом. А вот «красавец» Миша Дождиков через полтора часа пути обратно тут же почувствовал на своём лице мощнейший мейкап (и это слово я узнал гораздо позже). Губы были как у самого губастого аборигена, глаза настолько узкими, что ни у каждого китайца есть такие. Уши при этом стали такими большими и синими. В общем, Миша мог своим лицом резко остановить даже автобус, если водитель имел хорошее зрение. Когда он двигался к дому в красивой одежде с рельефной фигурой и таким лицом, то встречные люди открывали рты, останавливались, и 100% не понимали, что могло случиться с человеком таких размеров.


Но больше всего, конечно же, удивилась жена. Она же наивная девочка отправила мужа устраиваться в банк. И когда открыла дверь и увидела Мишу в таком виде, ноги её подкосились. Но упала в обморок она только после торжественной фразы – Я принят! Наверное в её голове случился конфликт ассоциативного построения (и эту фразу тоже раньше я не знал).

В результате в банк пошли устраиваться только я и Виталий Панибратов. Мишу, как я понял, уговорили на более щадящую работу. Нам дали тестирование – дикая новинка на тот момент, во всяком случае, для меня. На чумовом аппарате – компьютере, которого я ранее не знал и не видел, нужно было очень быстро отвечать на вопросы, нажимая кнопки. Было 10 блоков по 100 вопросов в каждом! Очуметь! Они были такие противоречивые и нелогичные, что думать было бесполезно. Надо было быстро тыкать, чтобы уложиться в отведенное время. Потом я узнал, что это был профессиональный тест на выявление скрытых дефектов в твоей голове. Мы его прошли успешно и были зачислены в службу безопасности.

Дальше пошла совершенно новая деятельность, о которой я никак не мог предположить. Мы работали сутки в банке, потом нас обучали, читали лекции по психологии, медицине, взрывному, снайперскому и контрснайперскому делу, нам доводили криминальные сводки каждый день. Мы их разбирали и обсуждали. Нам устраивали на тот момент перестрелки по пейнтболу, мы ходили в стрелковый тир и отрабатывали стрельбу по статическим и движущимся мишеням уже из пистолетов «Макарова». Нас пичкали такой информацией и в таком динамичном режиме, что я не понимал, куда попал — в банк или в подразделение какого-то специального ведомства.

Шли девяностые. Народ шумел, стрелял, нападал, грабил банки и инкассаторов, ювелирные салоны, магазины. Но я был молод, холост, мне было все интересно — действительно было столько нового и специфического, что я не знал для чего мне это нужно, но точно понимал, что нужно! Мы тренировались и выступали на соревнованиях. Наша команда выносила всех соперников во всех весовых категориях по Муай тай. Кстати сказать, все наши охранники имели одно или два высших образования. Все были в принципе очень образованные ребята, некоторые писали какие-то статьи, другие учились в аспирантуре.

Это потом уже с развалом армии и МВД в охранные структуры повалил народ после 45, по выходу на пенсию, по выслуге лет и вернулось опять восприятие охранника, как пузатого и ленивого сторожа, который решает кроссворды на работе и лузгает семечки. В общем, работа была интересной. Потом, когда я поднабрался знаний, мне предложили работу телохранителя. Сказали, что изучили личное дело, понаблюдали и доверяют охранять президента банка. И опять пошла учёба, но уже совершенно другого формата. Это в боевиках мощный и здоровенный телохранитель. А на самом деле нужен сотрудник с думающими мозгами, конечно же, умеющий все.
Но это «все» не должно пригодиться вообще. Телохранитель должен строить работу с командой так, чтобы не было ситуации, при которой нужно применять это «все». Это будет означать, что все просрали и теперь только и остаётся что прыгать, закрывая собой клиента как в кино.

Когда нас обучали в Финляндии в международной школе телохранителей (на тот момент у нас таких школ не было), то давали практические задания: обучали водить машины, таранить препятствия, правильно выталкивать машину на обочину, составлять маршруты движения, распознавать места вероятной опасности, минировать, снайперской и контрснайперской деятельности. Опять возвращалось ощущение — для чего это все нужно? Но на тот момент я уже завяз в этой работе и мне она продолжала нравиться и казаться практически полезной даже для меня самого. Также нас учили ходить по городу пешком, группами по 3-4 человека телохранителей, охраняя одного клиента. Нас было 5 групп. Мы делали все правильно и точно.

Но в самом конце практических занятий нас «условно положила» очаровательная блондинка с белоснежной улыбкой и небесного цвета глазами. Она проскальзывала в нашу группу и условно подрывала фразой «контакт». Именно в тот момент нам пояснили, тогда ещё в девяностых, что террорист или наемник — это не арабский моджахед с бородой, перевязанный поясом смертника, кнопкой в одной руке и зеленым знаменем ислама в другой. Этим человеком может быть кто угодно, с умыслом и без, перенося сумку или коробку в подарочной упаковке.

Потом, когда мы продолжали работать в группе, охраняя президента банка, мы все помнили этот эпизод и очаровательную блондинку с фразой «контакт» и очень внимательно шерстили все, что положено: свой подъезд от входа до крыши, включая все почтовые ящики и светильники, а также проверяя через коллег в МВД соседей и квартиросъемщиков хотя бы для понимания, кто там живет. Мы даже бомжей уважительно и осторожно просили отойти в сторону.

А в городе на Неве жизнь кипела – стреляли в депутатов, банкиров, коммерсантов. Но мы уже знали, как правильно выполнять эту работу, мы были молоды и нам всем было это интересно. Ну и, конечно, нам хорошо платили. Мы сутками могли мотаться в машинах и выезжать на мероприятия. Летали в самолётах по всей стране со своими клиентами. Жизнь кипела!

Сейчас я вспоминаю это время и так же не понимаю, как я там оказался в этой профессии и проработал, кажется, лет девять. Случайно это было или решено свыше. Но в любом случае не зря! Получил специфические навыки и знания, пригодные для мужчины. Познакомился с людьми умными и приличными. Со многими бывшими коллегами (уже друзьями) продолжаю общаться. И это проверенные люди, надёжные, как «танк». С некоторыми клиентами, которых охранял, до сих пор продолжаю общаться по-приятельски. Шеф безопасности – отставной генерал КГБ тоже иногда выделяет время и раз в год видимся, вспоминая нашу работу. Действительно было непростое время, которое пережили сообща.

Получается, что на данный момент из сложившейся тогда жизненной ситуации, предполагая, что выбора нет, все равно каждый из нас вышел со своим выбором, позволившим сейчас жать друг другу руки при встрече или, как минимум, дружески улыбаться. То есть выбор всегда есть – «быть человеком или тварью дрожащей». А жизнь нам ещё не раз даст возможность предстать перед выбором в безвыходной ситуации.

comments powered by HyperComments