Каждый человек выбирает свой способ получения адреналина: кто-то смотрит фильмы ужасов, кто-то не отвечает на мамин звонок... А вот Кристина Уколова — журналист по профессии и настоящая экстремалка по жизни, которая не только не боится высоты и опасностей, но и получает от этого истинное удовольствие.

Девушка рассказала Media City о своих достижениях, планах, а также о недостатках и достоинствах этого спорта.

Как началось твоё знакомство с экстремальным спортом?

Кажется, это был 2014 год. Я приехала брать интервью в истребительный полк в Халино, где были сборы авиаспасателей. Там познакомилась с парашютистом, который мне очень много рассказал о парашютных прыжках, и я сама загорелась этой идеей. Но так как у нас сезон ещё не открыли, то напросилась полетать с курскими парапланеристами. Тут и понеслось.

Страшно было прыгать в первый раз?

Нет, непонятно. Неизвестно же, что ждёт. Мозг привык, что если человек что-то перешагивает, то его нога ступает на твёрдую поверхность. А тут ты перешагиваешь дверь самолёта и проваливаешься вниз. Я от неожиданности даже глаза закрыла на пару секунд. В следующий раз специально старалась держать их открытыми. Прыгала с парашютом Д-1-5у, который через 3 секунды раскрывается сам.

А бывали случаи, когда парашют не раскрывался?

Пока нет, случалась только закрутка строп. Это был один из моих первых прыжков с парашютом типа «крыло». Во время выдёргивания «медузы» (вытяжного парашютика) я случайно перевернулась на спину, но рука с медузкой уже бросилась. В итоге стропы пошли сначала через ноги (был риск в них запутаться). Но всё обошлось, я пыталась ноги подальше от строп убрать. Парашют открывается, ловлю закрутку строп и с головы слетает шлем. Шлем ловлю уже в его свободном падении, а потом раскручиваю купол.

Ты делаешь снимки на высоте. Как появилось такое увлечение?

Сначала я прыгала пару раз с «дубом» («дуб» — это круглый десантный парашют, прим. ред). Потом были полёты на параплане, мотопараплане, флайборде, ещё погружалась с аквалангом. Потом поучаствовала в «Гонке Героев» и серьёзно «поломалась». Естественно, ни о каких подобных увлечениях не шло и речи. Познакомилась в соцсетях с московским руфером ( человек, лазающий по крышам высотных зданий), приехала в Москву, и он меня поводил по крышам. Вот с той поры и началось. Только через год я прошла курсы AFF (программа ускоренного обучения свободному падению), чтобы начать прыгать с парашютом типа «крыло». Потом появилось увлечение бейсджампингом — это прыжки со статичных объектов с одним парашютом.

Кристин, ты сказала, что на гонке «поломалась». Что случилось?

Я участвовала в «Гонке Героев» в Москве на полигоне «Алабино» — 10 км по пересечённой местности с препятствиями. Получила разрыв связок и перелом на одной ноге.

Когда ты получила травму, были мысли о том, что больше не сможешь заниматься спортом?

Я знала, что восстановлюсь, но не знала когда. Тяжело было, потому что месяц вообще неподвижно лежала в гипсе, а потом заново училась ходить. Это был совершенно не мой образ жизни. Поэтому остался страх именно того, что долгое время не смогу заниматься тем, что мне нравится.

Что ты сделала в первую очередь, когда выздоровела?

По крышам начала лазать. Ну и в реабилитационный центр записалась.

Какой вид спорта для тебя самый опасный и сложный?

Конечно, бейсджампинг. Его основная опасность — низкая высота (нужно успеть открыть парашют, запасного тут просто нет), неподготовленные площадки приземления (могут быть деревья и другие препятствия), велика вероятность доворота в объект и столкновения с ним. Также для бейса предстоит забираться на какие-то объекты — например, лезть по лестнице на высоту 104 метра. Требуется некая физическая подготовка. Ещё для бейса не используется самолёт. Я прыгала с вышки 80, 90 и 104 метра.

Как реагируют близкие на твоё опасное увлечение?

Многие друзья тоже им увлекаются. Кто не занимается — слушает мои рассказы, удивляется. Родители переживают, конечно, но на то они и родители. Мама просит отзваниваться, даже если я просто еду куда-то. Ей не очень нравятся мои походы по крышам и кранам, а к остальному относится нормально. Парень — водолазный специалист, сам недавно начал прыгать с парашютом, поэтому поддерживает, но не даёт совершать глупости.

Какие плюсы и минусы экстремального спорта ты можешь выделить?

Минусы — это травмоопасность, наверное, риск для жизни. Да и большие затраты, например, на тот же парашютный спорт. А плюсы — это удовольствие, возможность знакомиться с интересными людьми, путешествовать, развиваться и совершенствоваться физически. Мне нравится понимание того, что не каждый сможет побывать на высшей точке России и Европы — Эльбрусе, а я прошлым летом поднялась на неё. Не всем представится возможность быть выше облаков и лететь в свободном падении при прыжке с парашютом.

У тебя есть экстремалы-кумиры?

Кумиров нет. Но мне нравится, как рассуждает легендарный альпинист Райнхольд Меснер, который покорил все 14 восьмитысячников мира; некоторые из них в одиночку и без кислорода. Читала его книгу «Хрустальный горизонт» — очень близки мысли, которые там отражены. Также я знакома с вице-президентом Федерации альпинизма РФ, покорившим 4 восьмитысячника мира (трижды Эверест к тому же) Иваном Душариным. И общалась с ним, и читала его книги — «Сталкеры высокогорья» и «По струне через бездну». Его мысли тоже мне очень близки. Кстати, именно он вручал мне знак «Альпинист России».

А ты хотела бы освоить ещё какой-нибудь вид спорта?

Я планирую развиваться в парашютизме и, если повезёт, в альпинизме. И хоть уже погружалась с аквалангом, хочу научиться это делать грамотно и профессионально. Может быть, хотела бы попробовать себя в роли каскадёра.

Есть какая-то заветная мечта?

Когда-нибудь хочу побывать на Эвересте — самой высшей точке мира. И в космос тоже хочу.

Фото с личной страницы Кристины Уколовой

 

Автор: Мария Набатчикова

comments powered by HyperComments